Читаем без скачивания Наступление моря [Нашествие моря] - Жюль Верн

В довершение всего, не могло быть ни малейшего сомнения в том, что если работы по строительству внутреннего моря в Сахаре будут возобновлены, то туареги станут во главе тех племен, которые относились враждебно к обводнению шоттов.

Впрочем, хотя тарги для отвода глаз и занимался тем, что предлагал свои услуги караванам в качестве проводника и даже охраны, тем не менее грабитель по инстинкту, прирожденный разбойник, он так упрочил за собой эту репутацию, что не мог не вызывать против себя подозрения.

Свежо было еще в памяти — хотя это и произошло много лет тому назад, — как майор Пейн во время путешествия по этим опасным странам едва не погиб во время нападения на него этих туземцев. А разве храбрый майор Флаттерс и спутники его не погибли все в Бир-эль-Гарама во время экспедиции, отправившейся из Уарглы? Все это обусловливало необходимость для военных властей в Алжире и Тунисе вечно оставаться да осадном положении и неустанно отбивать натиск этих довольно многочисленных племен.

Среди всех племен туарегов племя ахагаров по справедливости имело репутацию наиболее воинственного. Из этого племени вышли предводители всех восстаний против французов, столь затрудняющих прочное установление французского владычества в этих обширных местностях. Губернатору в Алжире и французскому резиденту в Тунисе приходилось быть постоянно настороже, а в особенности необходимо было иметь неослабное наблюдение за местностями шоттов или «себха». А посему вполне понятным представляется то значение, которое заключал в себе проект строительства внутреннего моря, осуществление которого близилось уже к концу и который послужил темой для настоящего повествования. Осуществлением этого проекта главным образом затрагивались интересы племен туарегов, лишая их большей части заработка вследствие значительного сокращения караванного движения, а что самое важное, предоставляя возможность гораздо действеннее подавлять все нападения, из-за которых постоянно увеличивался список многочисленных жертв этих африканских пустынь.

Семья Хаджара принадлежала именно к племени ахаггар и признавалась там наиболее влиятельной. Предприимчивый, смелый и безжалостный, сын Джеммы был давно известен как один из наиболее опасных предводителей шаек, бродящих по всей местности, расположенной к югу от горной цепи Аурес. В последние годы под его предводительством было совершено много нападений как на отдельные караваны, так и на одиночные военные отряды, и слава о нем распространилась среди племен, постепенно продвигаемых к восточной части Сахары, громадной, лишенной растительности равнины этой части Африканского материка. Быстрота его передвижений приводила в смущение, и хотя властям строжайше вменено было в обязанность всем военным начальникам во что бы то ни стало захватить его, ему все-таки удавалось каким-то образом счастливо избегать поимки, и он не попал в руки ни одной из экспедиций, которые высылали против него. Лазутчики доносили о появлении его в окрестностях одного оазиса, а он между тем совершенно неожиданно появлялся в окрестностях другого. Во главе шайки туарегов, не менее свирепых, чем их вождь, он носился по всей местности, заключающейся между алжирскими шоттами и заливом Малый Сырт. Караваны не решались пускаться в путь по пустыне или же шли только под усиленной охраной. Подобный порядок вещей весьма вредно отзывался на интересах торговли всех рынков Триполи.

А между тем нельзя было признавать недостаточным число военных постов, существовавших в Нефте, Гафзе и Тозере, из которых последний пункт является политическим центром этой области. Тем не менее, однако, все экспедиции, организованные против Хаджара и его шайки, неизменно заканчивались неудачей, и воинственному бродяге всегда удавалось ускользать от них до того дня — несколько недель тому назад, — когда, он, наконец, попал в руки французского отряда.

Эта часть северной Африки послужила театром для одной из тех катастроф, которые, к сожалению, довольно-таки часты на Африканском материке. Известно всем, с каким увлечением, с какой отвагой и самоотверженностью ведены были в продолжение многих лет исследования в этой обширной и неведомой стране разными лицами, следовавшими по следам Буртона, Спика, Ливингстона, Стенли. Число их в настоящее время превышает сотню и, несомненно, должно значительно увеличиться в последующем, когда наконец эта третья часть Старого Света раскроет человечеству свои последние тайны. Но сколько этих экспедиций, полных всевозможных опасностей, закончилось трагически!

Одна из последних экспедиций была предпринята мужественным бельгийцем, дерзнувшим углубиться в наименее посещаемые и известные области Туата. Снарядив в Константине караван, Карл Стейнкс отправился из этого города на юг. Караван, правда, был немногочислен, в состав его входил всего лишь десяток туземцев, набранных в той же местности. Экспедиция располагала лошадьми для передвижения личного состава и лошаками — для двух повозок, в которых сложен был багаж.

Прежде всего Карл Стейнкс направился к Уаргле через Бискру, Туггурт и Негуссию, где представлялась возможность возобновить запасы провизии. Во всех указанных населенных пунктах существовали французские резиденты, поспешившие оказать всяческое содействие исследователю. Достигнув Уарглы, Стейнкс оказался в самом сердце Сахары, на широте тридцать второй параллели. Экспедиция пока не испытывала больших лишений: ей пришлось, правда, преодолеть значительные затруднения, не подвергаясь, однако, серьезным опасностям. Обусловлено было это тем, что в этих отдаленных странах уже чувствовалось французское влияние. Туареги, по крайней мере внешне, вели себя смирно, и караваны имели возможность без особого риска удовлетворять всем потребностям местной торговли. Во время своего пребывания в Уаргле Карлу Стейнксу пришлось произвести некоторые перемены в личном составе экспедиции. Несколько арабов, из числа сопровождавших его, отказались следовать с ним далее. Пришлось произвести с ними расчет, что закончено было не без затруднении ввиду наглых требований и недобросовестных придирок с их стороны. Предпочтительнее было избавиться от подобных людей, проявляющих явное недоброжелательство, и дальнейшее присутствие которых в составе экспедиции могло быть весьма опасным.

Однако Стейнксу не представлялось возможным выступить снова в путь, не пополнив число участников экспедиции, и естественно, что при подобных условиях он не располагал свободой выбора. Он предполагал, однако, что ему удалось выйти из затруднительного положения, после того как между ним и несколькими туарегами последовало соглашение, в силу которого последние обязывались за крупное денежное вознаграждение сопровождать его до конечного пункта экспедиции, безразлично к западному или восточному берегам Африканского материка.